Коллективный разум

Он не без смущения делится своим сокровенным замыслом — написать когда-нибудь книгу на тему «ученый и общество», затронуть в ней не только чисто научные аспекты коллективного разума, но и социальные, нравственные. Не только свою эпоху, но и «земли родной минувшую судьбу»: на фоне прошлого настоящее предстает более выпукло. Считает, что образцы такого аналк. 1 можно найти, например, в мемуарах академика Н. Семенова «Годы, которых не забыть». Ветеран советской науки задается вопросом: как ему и его коллегам удалось в холодные и голодные 20-е годы быстро развернуть серьезные исследования? Энтузиазм, молодой задор? Да, без внутреннего стремления всецело отдать себя науке нет настоящего ученого. Но увлеченность всегда была свойственна молодежи, причем не только научной. Академик Н. Семенов, закончивший Петроградский университет еще в царское время, свидетельствует: в старой России было немало талантливых людей, рвавшихся к знаниям, к творчеству. Между тем количество активно работавших физиков в дореволюционном Петрограде не превышалр 20 человек. Сдвиги начались сразу же после революции. В 1918— 1920 годах, когда стоял вопрос о жизни и смерти нового общественного строя, в Петрограде и Москве возник целый ряд институтов, причем в первую очередь не узкоприкладных, а чисто научных: Физико-технический, Оптический, Математический, Радиевый, Физиологический и другие. В вузы пошла молодежь из тех слоев общества, которые раньше и мечтать не могли об образовании: рабочие, крестьяне, подмастерья, пастухи.