Неспаренный электрон

Самое удивительное, однако, впереди. Всегда считалось, что неспаренный электрон одного радикала непременно должен соединиться с таким же «стыковочным узлом» другого, когда оба осколка образуют химическую связь, вступая в реакцию. А вот Анатолий Буча - ченко и его коллеги сделали возможным, казалось, невозможное. Добились, чтобы нитроксильные радикалы «стыковались» в такое единое целое, где каждый из них сохраняет свою свободную валентность незатронутой. Иначе говоря, остается по-прежнему свободным. Так получены би-, три - и прочие полирадикалы, содержащие 2, 3 и более неспаренных электронов в одной молекуле. И при всем при том чрезвычайно устойчивые. Это открытие произвело эффект разорвавшейся бомбы. Некоторые специалисты считают, что оно не менее революционно, чем то, которое принадлежит Мозесу Гомбергу. Тот случайно обнаружил первый из свободных радикалов, начав тем самым переворот: их изучение привлекло пристальное внимание к промежуточным продуктам реакции, от самых долговечных до самых короткоживущих. Ко всем актам «драмы в колбе», от первого до последнего, ко всем ее героям, главным и второстепенным. Советские ученые пришли к мысли о возможности конструировать радикалы с заранее заданными свойствами и осуществили ее, словно проектировщики по чертежам. Такой активный подход прольет новый свет на закулисные пружины, направляющие «действо невидимок» к той или иной развязке. Нужно ли пояснять, сколь это важно? «Чего не понимают, тем не владеют», — сказал Гёте. Постигнуть механизм процесса необходимо для того, чтобы подобрать к нему ключи и регулировать его в любом химическом реакторе — от лабораторной колбы до живого организма.