Реальный мир

А Плут'арх терпимо и внимательно, с разных сторон рассматривает именно реальный мир, не заслоненный ни доктринерством, ни максимализмом, опираясь при этом не на какое-либо спасительное Учение, но на обычный здравый смысл. Он может показаться отчасти филистером, но непринужденное любопытство к реальному человеческому существованию как раз и сделало его пи* сателем. Как выражается Сергей Аверинцев, Плутарх хотел быть философом, а его сила оказалась в конкретности, он хотел быть морализующим учителем жизни, а стал ее отобразителем. Во времена ранней античности и в современный Плутарху период были известны практически два типа литературных биографий. Первый представлял собой, по существу, справку, где приводились данные о происхождении героя, его телосложении, здоровье, добродетелях и недостатках, вкусах, коротко упоминались главные события в его жизни и довольно подробно рассказывалось об обстоятельствах его смерти. Довеском к этой информации был перечень изречений героя и анекдотов, связанных с ним. Ко второму типу биографий принадлежали «похвальное слово» или «поношение», не знавшие полутонов. Уж если говорили о положительном герое, то он не имел ни одного изъяна, если об отрицательном — он представлялся пакостным во всех отношениях. На подробных примерах показав это, Сергей Аверинцев предлагает нам убедиться, что «Параллельные жизнеописания» совершенно не похожи ни на то, ни на другое. Во-первых, это не информация, а литература, притом обладающая полным спектром эмоциональных оттенков. Во-вторых, Плутарх никогда не преминет упрекнуть самого блистательного героя и похвалить в чем-то самого порочного. А чаще всего ему свойственно двойственное отношение к своим персонажам, что ясно видно, например, в парных биографиях Алкивиада и Красса, Фемистокла и Цицерона. Собственно, это психологические этюды с моралью почти басенного типа. Плутарх завоевал биографию для популярно-философской литературы, а это жанровая новация, утверждает ученый, и его вывод представляется бесспорным.