Главная страницаНовости Обзор произведений

07/03/11

Его придется выслушать.


Его придется выслушать.
Николай ЯКОВЧУК. Его придется выслушать Николай Псурцев. "Стрелок Нароков и его искушения". Издательство "Армада", "Альфа-книга", 1999 год. Сюжеты книг этого автора не поддаются пересказу, ибо они слагаются из субстанций неосязаемых.

Поток сознания героя, от имени которого идет повествование, как это было в предыдущих романах Псурцева ("Голодные призраки", "Сочинение правил", "Счастливые люди"), простреливается фразами, продвигающими сюжет. Прием частично сохранен и в новой книге, но в ней куда больше активного действия. Да и как иначе? Ведь автор на этот раз поведал читателям историю чудодейственных превращений героя в "короля мира" из вялого, анемичного интеллигента, пусть и способного, образованного молодого человека, желающего не просто стать писателем, но жаждущим осознавать себя МАСТЕРОМ - "в каком-то деле, не важно в каком, все МАСТЕРА похожи друг на друга....Ощущение силы ему до сих пор никогда не было ведомо... Ему тридцать четыре года, а он все еще НИКТО". Нароков, этот неудачник, вечно погруженный в депрессию, позволяет вовлечь себя в запретные кровавые игры - дуэли на пистолетах - на потеху пресыщенным зрителям, которые "сопят тут от искреннего и неподдельного удовольствия, глядя, как пули впиваются в тела в общем-то ни в чем не повинных людей, которые таким вот чрезвычайно опасным способом решили самоутвердиться и подзаработать хорошие деньги". После пятимесячных тренировок, накануне первого боя, он решает отказаться. "Он сказал себе, что хочет снова вернуться к прежней жизни - тихой, нудной, пугливой, потливой, обыкновенной, -- зачем что-то совершать, зачем тратить силы, здоровье, какой смысл? Ведь он все равно умрет, все равно - так лучше уж просто осторожненько и смирненько жить, отдыхать, читать книжки, вкусно есть, работать, не особо ломая себя". Но отступать было некуда. И он вступил в игру. И стал убивать, убивать, убивать. Он был удачлив, необыкновенно удачлив. И наконец-то обрел "сладостное, дурманящее чувство полного контроля над самим собой и над всеми без исключения обстоятельствами своей жизни". Он чувствовал: "Вершина мира уже близко, еще несколько шагов, несколько усилий". И точно: с победой над собой пришли большие деньги, неслыханный успех у женщин, и заодно - необычайный, оглушительный, всемирный писательский успех. Ибо "у того, у кого вдруг однажды исчезает из сознания страх, тотчас появляются совершенно уникальные способности".

"Мне ваши романы совсем не понравились", -- признается Нарокову один из издателей. Второй добавляет: "Романы страшны, ужасны, они аморальны, они разрушительны". Но все без исключения хотят издавать их, а читатели говорят Нарокову слова, которые вполне можно адресовать и самому Псурцеву: "В ваших книгах всего слишком много... Но тем не менее, по невыясненным пока нами причинам, ваши книги завораживают..." И впрямь: тут и исполненные бытового правдоподобия фантасмагорические действа, и персонажи, за которыми безошибочно угадываются реальные лица отечественной журналистики, кинематографа, политики, и при этом - рельефно очерченные характеры, точные зарисовки общественных нравов.

В одном нет сомнений: пусть не сразу, пусть со временем, но нам придется выслушать то, что сказал нам Николай Псурцев о нас самих, -- о распаде нашей морали и нравственности, о пороках и силе, о могуществе Любви и о власти Художника над умами людей. Мощно и необычно рассказал он нам о самой сути человеческих индивидов, образующих в сумме сообщество, начавшее переход из одного тысячелетия в следующее, быть может, последнее в нашей земной истории.


Комментарии

Чтобы оставить комментарий, необходимо войти или зарегистрироваться
Сейчас на сайте посетителей:2